среда, 3 января 2018 г.

Правдивый летописец Александр Бек

К 115-летию со дня рождения

Кто прячет прошлое ревниво,
Тот вряд ли с будущим в ладу…
…………………………………
Но все, что было, не забыто,
Не шито – крыто на миру.
Одна неправда нам в убыток
И только правда ко двору.
А. Твардовский

Александр Альфредович Бек останется в нашей памяти благодаря первой правдивой книге о войне, о месяцах беспримерного противостояния, самоотверженного Подвига битвы за Москву. Это знаменитая повесть, проверенная годами и поколениями читателей, «Волоколамское шоссе».

Биографические факты детства и юности А. Бека очень скромны, как у многих советских писателей. Доподлинно известно, что родился 3 января 1903 года. «Википедия» утверждает, что в Саратове. Там теперь даже памятная доска есть. А краеведы Саратова документально доказывают, мальчик появился в городе в 10 лет (http://oldsaratov.ru/forum/pisatel-aleksandr-bek). Отец – военный врач. Мать не упоминается или кое-где без ссылок говорится о мачехе. Дочь, заслуженная поэтесса Т. Бек, вскользь упоминает в интервью о семейной легенде датского происхождения семьи. Якобы отец, бережно относящийся к документам, нашел в Санкт-Петербурге подтверждение, что прадеда Христиана Бека выписал сам Петр I в качестве почтмейстера… Отрочество прошло в Саратове, где А. Бек закончил реальное училище №2, где показал он показал высокие математические способности!
Шла гражданская война, и шестнадцатилетний юноша вступил в Красную Армию. Он воевал на Восточном фронте под Уральском и был ранен. Именно там впервые юному Беку поручили написать несколько репортажей. С первой своей должности – «труженика газеты» в дивизионной многотиражке – Бек начал свой путь хроникера жизни.
Поступает на исторический факультет Свердловского университета, а после оказывается на Кожевенном заводе... Работает и посещает журналистский кружок «Правды».
Именно с этого момента биография становится живой и понятной. Начинает публиковать свои заметки и зарисовки в газете «Рабочая Москва». Позднее очерки и рецензии Бека стали появляться в «Комсомольской правде», «Известиях».
1931 год становится для него судьбоносным. Он попадает в литературную бригаду, которая от редакции, возглавляемой М. Горьким и носившей имя «История фабрик и заводов». Отправляется в Кузнецстрой, чтобы создать литературным словом портрет эпохи социализма.
В ту пору «беседчик» Александр Бек ещё не задумывался, как пишутся книги, во всяком случае для себя он ещё не сформулировал то, что напишет много позже о «писательском ремесле». Пока он был просто «беседчиком». Так именовались литераторы, которые по горьковскому почину собирали материалы о людях двух пятилеток. Материалы – не то слово. Это были «исповеди больших и малых сынов века». Стенограммы хранились в «Кабинете мемуаров» при редакции, которая готовила сборник «Люди двух пятилеток». Именно здесь писатель сумел нащупать свой уникальный метод: беседовать с героями будущих книг, выуживать из них драгоценные детали, собирать крупицы и нити, из которых затем сплетется ткань повествования. По воспоминаниям современников он достиг огромного мастерства. Сам Виктор Шкловский с изумленной резкостью сказал сразу: «Бек вскрывает людей, как консервные банки!».
А Бек накапливал опыт, оттачивал мастерство и совершенствовал свой собственный стиль, который уже принял на всю жизнь – стиль летописца эпохи.
Одна из первых его работ это повесть «Курако» по имени известного русского металлурга, хотел построить металлургический комбинат в Кузбассе ещё до октябрьского переворота. Но потом началась гражданская война. Властям стало не до строек. Вновь к проекту Курако правительство вернулось уже в конце 1920-х годов.
Отталкиваясь от воспоминаний старых рабочих, Бек в 1934 году написал о Курако художественную повесть. Но все издатели её отвергли. Писатель слишком увлёкся изложением проблем, которыми занимался металлург, и упустил человека. В повести не было эмоций. Отсутствовали страсти. Поняв свои просчёты, Бек потом переделал повесть в обыкновенное жизнеописание, которое в 1939 году вышло в серии «ЖЗЛ» под псевдонимом И. Александров. Подобный опыт, видимо, еще более утвердил его в необходимости документального изложения материала.
Когда началась война, он записался в народное ополчение и попал в Краснопресненскую стрелковую дивизию, при этом имел зрение минус шесть. Сколько их было, писателей, журналистов, непригодных к военной жизни! «Писательские роты» «военных неумех», поднимающих дух нашего народа!

Рунин Б. М., критик, публицист, воевавший с А. Беком, вспоминал в очерке «Писательская рота», что Бек выглядел не то чтобы смешно, скорее – несерьёзно: «Огромные ботинки, обмотки, которые у него поминутно разматывались и волочились по земле, серого цвета обмундирование, а в довершение всего нелепо, капором сидящая на голове пилотка, не говоря уж об очках». Беку, естественно, самое место было не на передовой, а в какой-нибудь фронтовой редакции. Но затем дает правдивую и высокую оценку: «Человек недюжинного ума и редкостной житейской проницательности, Бек, очевидно, давно уже привык разыгрывать из себя этакого чудаковатого простофилю. Его врожденная общительность сказывалась в том, что он мог с самым наивным видом подсесть к любому товарищу по роте и, настроив его своей намеренной детской непосредственностью на полную откровенность, завладеть всеми помыслами доверчивого собеседника… Видимо, таким способом он удовлетворял свою ненасытную потребность в человеческих контактах. Думаю, что вопреки своему кажущемуся простодушию Бек уже тогда лучше, чем кто-либо из нас ориентировался в специфических условиях ополченческого формирования, да и в прифронтовой обстановке вообще. Словом, это был один из самых сложных и самых занятных характеров среди нас...».

Интересна и показательна история написания повести «Восьмое декабря». Писатель оказался на командном пункте генерала Белобородова, где на его глазах разыгрался страшный бой. И писатель составляет хронику этого боя, практически стенографируя все военную операцию. Редактор повесть не принимает, обвиняя автора в незнании техники ведения военного боя. Сам Бек вспоминал, что Белобородов перечитал повесть сделал надпись: «Всё правильно, так командовал, как здесь написано – и печать приложил». Именно эта надпись дала дорогу повести как одной страницы летописи Великой Отечественной войны.
В 1942 году писатель попадает в дивизию Панфилова. Захваченный всем происходящим на его глазах, записывает свое восприятие, больше рассказы участников, по-прежнему сохраняя документальность событий. В этих беседах стал слагаться образ погибшего под Москвой генерала Панфилова, с его суворовской заботой о солдатах и его характерными выражениями: «Не торопись умирать – учись воевать», «Солдат умом должен воевать», «Солдат идет в бой не умирать, а жить», «Победа куется до боя». Повесть написана в короткий срок, но внезапно потеряна. Пришлось восстанавливать по памяти, используя свое воображение. Летом 1942 года Бек получил отпуск от журнала «Знамя» и сел за написание повести «Волоколамское шоссе». Изначально были напечатаны первые две повести из четырёх, позже были дописаны две последние. Важнейшей, с точки зрения автора, является четвёртая повесть. В ней Бек описывает формирование новой тактики ведения оборонительных боев. Непрерывно обучаясь искусству войны, Панфилов пробует новые методы ведения боя, нарушает устав и в конце романа приходит к окончательному разрыву с линейной тактикой, принимая на вооружение новаторскую тактику боя.
Читательское признание было невероятным и единодушным. Журналы зачитывали до дыр и в армии, и в тылу, передавали из рук в руки, обсуждали, изучали. Не меньшим было признание товарищей по перу. К. Симонов свидетельствовал: «...среди правд, написанных всеми нами о войне, одной из самых важных и дорогих правд была правда книги Бека «Волоколамское шоссе» ... это вообще одна из самых лучших книг о войне в нашей литературе. И хотя ее хорошо знают у нас и знают во всем мире, ей, этой книге, еще не полностью воздано по заслугам» (Симонов К. Об Александре Беке // Литературная Россия. 1963. 11 янв.).

Книга вышла в журнале, но многие командиры, понимая ее силу в воспитании бойцов, требовали переиздать ее самостоятельной книгой в дивизионных типографиях. Другие военачальники, прочтя «Волоколамское шоссе», были уверены в наличии военного образования автора.
Шло время... «Волоколамское шоссе» было переведено практически на все основные языки мира, во многих странах оно вошло в обязательное чтение для слушателей военных академий (в ЦРУ по книге Бека долго изучали психологию советского командира и «загадочную русскую душу» в контексте войны), во Франции литературные критики назвали повесть «Волоколамское шоссе» шедевром военной прозы, итальянские посчитали ее наиболее значимым произведением военных лет, произведение штудировали финские курсанты в военной академии, для будущих офицеров армии обороны Израиля чтение этой книги на иврите было обязательным.
Эта книга была любимой у Ф. Кастро. Другой известный кубинский революционер Фернандо Мартинес Эредиа в свое время писал: «Кубинцы в большинстве своем, прежде чем изучать марксизм-ленинизм, читают «Волоколамское шоссе». Эту книгу нашли и в рюкзаке убитого Эрнесто Че Гевары.
А автор не был награжден ни Сталинской премией, никакой либо другой ни за литературу, ни за участие в войне, которую закончил в Берлине, где встретил День Победы! Как это по-нашему, по-русски! До чего прискорбно и стыдно за Россию...
После войны Бек закончил романы «Доменщики», о металлургах «Молодые годы», вновь вернулся к ещё одному довоенному замыслу, к книге о конструкторах авиамоторов, которая первоначально называлась «Жизнь Бережкова», но в конечном варианте получила другое имя – «Талант». Эти произведения, относящиеся к «производственной теме» не увлекали читателя, т.к. нагромождение идей, технические конфликты, споры начальства оказались для писателя важнее, чем люди.
В 1956 году Александр Бек был членом редколлегии альманаха «Литературная Москва». После войны написал серию очерков о Маньчжурии, Харбине и Порт-Артуре.

В 1969-1964 годах был написан роман «Новое назначение». Сегодня я бы рекомендовала его как иллюстрацию к изучению истории в целом и истории развития промышленности и хозяйственно административной системы в 30-е годы советской власти в частности. Но как далек от этой темы современный читатель!
Книга интересна тем, что в художественной форме показывает нам образ хозяйственного руководителя сталинской эпохи. Главный герой — Александр Леонтьевич Онисимов — председатель созданного воображением писателя Государственного Комитета по делам металлургии и топлива в Совете Министров СССР, ведающего группой министерств тяжелой промышленности. События романа, по признанию самого писателя, в своей основе документальны, основаны на записях их современников. Но вымысел, конечно, имеет место быть.
Бек провёл колоссальную аналитическую работу. Он дошёл до сути проблемы. Писатель понял, в чём заключалась сила сталинского режима. Вождь создал мощную административную систему, которая во многом позволила ему обеспечить быстрый перевод крестьянской страны на рельсы индустриализации. Но стоило условиям измениться, и чётко выстроенный механизм дал сбой. Старая элита, изо всех сил держащаяся за административную систему, превратилась в тормоз, мешающий развитию империи.
На сегодняшний день «Волоколамское шоссе» является лучшей книгой, где лаконичность, сдержанность документального изложения отлично подходит для изображения монументальности, трагедии войны и подвига народа. Эта огромная удача автора остается в памяти благодарных поколений читателей. 

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...