воскресенье, 15 октября 2017 г.

Его фразами говорил весь Советский Союз (к 120-летию со дня рождения Ильи Ильфа)


Ильфа и Петрова знают все. Но многим не известны настоящие имя и фамилия Ильфа, звучащее витиевато и в тоже время загадочно-торжественно.
Иехиел-Лейб Арьевич Файнзильберг родился 15 октября 1897 года третьим из четырёх сыновей в семье банковского служащего Арье Беньяминовича Файнзильберга. Отец, отдавая мальчишек в коммерческое и ремесленное училища, лелеял мечту о том, что они приобретут настоящие мужские специальности, позволившие крепко стоять на ногах. Но, судьба распорядилась иначе. Трех из четверых крепко поцеловали музы искусств и увели в неизведанные дали мук и счастья творчества…
Старший, Александр, выполняя волю отца, поступил в коммерческое училище и стал… художником. Второй, Михаил, тоже был определен в коммерческое и тоже стал… художником. Только младший получил серьёзную профессию, был инженером-топографом и работал в лёгкой промышленности.


Псевдоним Ильф получился из механического совмещения начальных букв имени и фамилии. Но своего происхождения Илья Арнольдович никогда не скрывал: «Всё равно про меня напишут, что родился в бедной еврейской семье».
После окончания ремесленной школы в 1913 году Ильф работал в чертежном бюро, на телефонной станции, на авиационном заводе и... на фабрике ручных гранат. Он был редактором юмористического журнала «Синдетикон», в котором писал стихи под женским псевдонимом, бухгалтером, к радости отца, и членом Президиума Одесского союза поэтов. Как отмечено в биографии писателя Ильфа и Петрова, «после подведения баланса выяснилось, что перевес оказался на литературной, а не бухгалтерской деятельности».
В 20-е года в Одессе голодно, холодно и неспокойно. Но юности — это не помеха. Зараженный рифмой и поэтическим словом, Ильф участвует в литературных вечерах «Коллектива поэтов». Членами клуба кроме Ильфа и его брата Михаила были Юрий Олеша, Эдуард Багрицкий, Аделина Адалис, Валентин Катаев, Владимир Сосюра, Семен Гехт, Семен Кирсанов, Дмитрий Ширмахер. По воспоминанию Нины Гернет, «худой, высокий Ильф обыкновенно садился на низкий подоконник, за спинами всех. Медленно, отчетливо произносил он странные, ни на кого не похожие стихи:
        …Комнату моей жизни
        Я оклеил воспоминаниями о ней…»
Юрий Олеша об Ильфе: «Он относился к себе иронически. Это был худой юноша, с большими губами, со смеющимся взглядом, в пенсне, в кепке и, как казалось нам, рыжий. Он следил за своей внешностью. Ему нравилось быть хорошо одетым. В ту эпоху достигнуть этого было довольно трудно. Однако среди нас он выглядел европейцем»
        Илья посещал и «Коллектив художниц», где встретил свою единственную любовь на всю жизнь- Марусю Тарасенко.


Постепенно в разговорах, прогулках, взглядах рождалось чувство — робкое, неуверенное, очень невинное. Летом 1922 года Иля и Маруся начали переписку — из Одессы в Одессу. Встречались днем, а ночью писали друг другу послания, чтобы отдать наутро: этот поразительный эпистолярный роман продолжался полгода. На бумаге они признавались в любви, ревновали и свободно обсуждали то, о чем молчали при встрече. «Мне нет спасения от шумящего твоего дыхания, - писал Иля. - Все одно. Вечером в воротах гремит замок, я вхожу. Утром со звоном летит гидроплан, я просыпаюсь. Это ты, и это любовь к тебе. Вначале тайная и неразличимая, теперь она стоит поперек моего дня. Нет пощады в снах, что мне видны, она шумит твоим дыханием. Мне нечего писать, кроме как об этом. Это был ветреный апрель, в соседнем квартале кричали, потом выстрелили, и все побежали, я вздрогнул и вспомнил тебя. Звезды несло ветром, и я вспомнил о тебе и засмеялся». Они переписывались, живя в одном городе!
Ильф так объясняет: «Мне незачем писать тебе, раз мы можем видеться каждый день, но до утра далеко, и вот я пишу. Мне кажется, что любил тебя еще тогда, когда зимой, под ветер, разлетевшийся по скользкому снегу, случайно встречался с тобой. Мой мальчик, если с головой завернуться в одеяло и прижаться в угол, можно ощутить твое дуновение, теплое и легкое. Завтра утром я приду к тебе, чтобы отдать письма и взглянуть на тебя. Но одно письмо я оставляю при себе. Если кричат пароходы ночью и если ночью кричат журавли, это то, чего еще не было, и как больно я тебя люблю».
В 1923 году он стал профессиональным литератором и переехал в Москву. Работая в газете «Гудок», Илья Ильф печатал очерки и фельетоны в различных изданиях. Среди них журналы «30 дней», «Железнодорожник», «Смехач», газеты «Вечерняя Москва», «Правда» и «Литературная газета».
И эти слова уже летят из Москвы: «Дорогой друг, я вспоминаю твои губы, всегда теплые, как ты вся, огонь от печки и твое лицо, розовое и горячее. На повороте, бегущий и гудящий, звенит вагон, и от звона, и от твоего дыхания я задыхаюсь...».
В апреле 1924 года влюбленные официально зарегистрировали брак в Москве. Торжества не было. Расписались - и все. Жили как все в тесноте. Первое время с семьей Олеши в одной комнате. Отсутствие квартиры заставило Марусю отправиться назад к родителям…
А письма полные счастье, ревности, необыкновенного накала чувств продолжались. После первой же встречи, о которой Ильф будет постоянно вспоминать, Маруся стала главным человеком в его жизни. А он, пусть и не сразу, занял такое же место в ее сердце. Свидетельство тому — почти полторы сотни писем, которыми в 1923- 1927 гг. обменивались молодые люди. Их любовь действительно была больной. Письма Маруси, напоминающие белые стихи, порой полны настолько несправедливых упреков, что влюбленного Ильфа становится просто жалко.
Из писем Ильфа и Маруси Тарасенко нельзя составить картину их жизни — о вещах чисто бытовых влюбленные почти ничего не рассказывают друг другу. Зато в каждом послании — страстная мольба о любви. И столь же страстное признание в ней.
Маруся пока остается в Одессе, а Ильф штурмует Москву. Но делает это, разумеется, только для одного человека — для Маруси. «Что мне Москва? — пишет он. — Это ничего, это только, чтобы заслужить тебя. Только».
Читая эти письма, меньше всего думаешь о том, что перед тобой просто листки бумаги. Их переписка напоминает скорее живой разговор. Недаром Маруся, перед тем как взять в руки перо, наряжается и красит губы, а Ильф читает ее письма и пишет ответы, выбирая редкие моменты, когда вокруг никого не будет, словно его могут перебить. «Милая моя девочка, разве Вы не знаете, что вся огромная Москва и вся ее тысяча площадей и башен — меньше Вас. Все это и все остальное — меньше Вас. Я выражаюсь неверно по отношению к Вам, как я ни выражаюсь, мне все кажется неверным. Лучшее — это приехать, прийти к Вам, ничего не говорить, а долго поцеловать в губы, Ваши милые, прохладные и теплые губы».
В настоящий момент эти документы опубликованы благодаря единственной дочери Ильф – Александре Ильф.


Интересен воспоминания дочери о смене своей фамилии на псевдоним отца. Маруся Тарасенко попросила помощи у Агнии Барто, проживавшей по соседству. Известная детская писательница вместе с не менее известным Сергеем Михалковым обратились в высшие сферы.
Из интервью: «Потом несколько дней подряд я переписывала письмо Сталину, составленное двумя классиками. Это было давно, не помню содержания письма. Зато хорошо помню, как от волнения я сажала кляксы и пропускала буквы. Мама страшно нервничала, сердилась, хваталась за голову и выходила из комнаты. А я беспрерывно переписывала письмо, мяла и выбрасывала испорченные листы. В конце концов, через Михалкова оно ушло, а потом пришел ответ: «Явитесь в милицию для получения нового паспорта»( http://bulvar.com.ua/gazeta/archive/s51_65095/7220.html)
В 1925 году после командировки в Среднюю Азию Ильф написал серию очерков «Москва – Азия».
В 1925 году Ильф познакомился с Евгением Петровым (настоящее фамилия Катаев), братом писателя Валентина Катаева.
С 1926 года началась совместная работа Ильи Ильфа и Евгения Петрова: сочинялись темы для рисунков и фельетонов в журнале «Смехач», обрабатывались материалы для газеты «Гудок». По одной из версий, идея совместного творчества Ильфа и Петрова принадлежала Валентину Катаеву.
В 1928 году в журнале «30 дней» была опубликована первая работа Ильфа и Петрова – роман «Двенадцать стульев», имевший большой успех у читателей и довольно холодно встреченный литературными критиками. Книгу молодых авторов тогда поддержал Владимир Маяковский. Еще до первой публикации цензура изрядно сократила роман; процесс «чистки» продолжался в течение десяти лет, и в итоге книга уменьшилась почти на треть.
В 1931 году вышел в свет второй роман Ильфа и Петрова «Золотой теленок», новые похождения героя «Двенадцати стульев», получивший теплые отзывы критиков.
С 1932 года были опубликованы фельетоны и сатирические рассказы, среди них «Веселящаяся единица», «Бронированное место», «Клоп».
После поездки в Америку появилась знаменитая книга Одноэтажная Америка». Будучи за границей, Ильф нашел своих родственников, гордился, что его дядя был лично знаком с Марк Твеном. По возвращении они с Петровым написали достаточно смелое для того времени письмо Сталину о том, что нам не нужен советский Голливуд. А когда они посмотрели знаменитый фильм Александрова «Цирк», снятый по их совместному с В. Катаевым сценарию, то сняли свои имена из титров…
          Ильф был смелым в делах и словах…
      Чтобы понять, каким он был надо читать их книги, статьи. Удивительно живой образ рождается после прочтения сборника воспоминаний об И. Ильфе и Е. Петрове. Интересна статья «Отступление» Омри Ронен в журнале «Звезда»,2002, № 5.
        Ильф был смелым в делах и словах…Ранняя смерть в возрасте 39 лет в 1937 году осиротила его семью и нашу литературу, но не превратила его семью во врагов народа…

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...