понедельник, 27 мая 2013 г.

Санкт-Петербург – Петроград – Ленинград - Санкт-Петербург - 310 лет


Каждый, кто хотя бы один раз побывал в Петербурге, навсегда оставил здесь часть своего сердца. 

Этот город знают задолго до реальной встречи с ним. Образ его у каждого свой – экскурсионный, литературный, город свадебного путешествия, город памяти, чести, мужества и достоинства, переживший блокаду. Лучшие поэты посвящали ему свои гениальные строки. Лучшие прозаики пытались разгадать его вечные тайны. Чего же больше было в истории Петербурга? Светлых, радостных минут или страшных, горестных страниц? Сразу и не скажешь. В этой истории было всё. Недаром Петербург называют «гранитным городом славы и беды». У каждого россиянина во все времена был и есть свой образ города на Неве. В его людях, истории, культуре, архитектуре, музыке, науке – честь нашей великой Отчизны. Пусть же XXI век станет для него счастливым!

Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой ее гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате моей
Пишу, читаю без лампады,
И ясны спящие громады
Пустынных улиц, и светла
Адмиралтейская игла,
И, не пуская тьму ночную
На золотые небеса,
Одна заря сменить другую
Спешит, дав ночи полчаса. 
Люблю зимы твоей жестокой
Недвижный воздух и мороз,
Бег санок вдоль Невы широкой,
Девичьи лица ярче роз,
И блеск, и шум, и говор балов,
А в час пирушки холостой
Шипенье пенистых бокалов
И пунша пламень голубой.
Люблю воинственную живость
Потешных Марсовых полей,
Пехотных ратей и коней
Однообразную красивость,
В их стройно зыблемом строю
Лоскутья сих знамен победных,
Сиянье шапок этих медных,
На сквозь простреленных в бою.
Люблю, военная столица,
Твоей твердыни дым и гром,
Когда полнощная царица
Дарует сына в царской дом,
Или победу над врагом
Россия снова торжествует,
Или, взломав свой синий лед,
Нева к морям его несет
И, чуя вешни дни, ликует.

Красуйся, град Петров, и стой
Неколебимо как Россия,
Да умирится же с тобой
И побежденная стихия;
Вражду и плен старинный свой
Пусть волны финские забудут
И тщетной злобою не будут
Тревожить вечный сон Петра!
А. Пушкин

Как люблю, как любила глядеть я
На закованные берега, 
На балконы, куда столетья
Не ступала ничья нога.
И воистину ты - столица
Для безумных и светлых нас;
Но когда над Невою длится
Тот особенный, чистый час
И проносится ветер майский
Мимо всех надводных колонн,
Ты - как грешник, видящей райский
Перед смертью сладчайший сон...
А. Ахматова, 1916

Летний сад
Я к розам хочу, в тот единственный сад,
Где лучшая в мире стоит из оград,

Где статуи помнят меня молодой,
А я их под невскою помню водой.

В душистой тени между царственных лип
Мне мачт корабельных мерещится скрип.

А лебедь, как прежде, плывет сквозь века,
Любуясь красой своего двойника.

И замертво спят сотни тысяч шагов
Врагов и друзей, друзей и врагов.

А шествию теней не видно конца
От вазы гранитной до двери дворца.

Там шепчутся белые ночи мои
О чьей-то высокой и тайной любви.

И все перламутром и яшмой горит,
Но света источник таинственно скрыт.
А. Ахматова, 9 июля 1959, Ленинград 1 июня 1919, Царское Село

К Петрограду
Город Змеи и Медного Всадника,
Пушкина город и Достоевского,
                  Ныне, вчера,
                  Вечно - единый,
От небоскребов до палисадника,
От островов до шумного Невского, -
                  Мощью Петра,
                  Тайной - змеиной!
В прошлом виденья прожиты, отжиты
Драм бредовых, кошмарных нелепостей;
                  Душная мгла
                  Крыла злодейства...
Что ж! В веке новом - тот же ты, тот же ты!
Те же твердыни призрачной крепости,
                  Та же игла
                  Адмиралтейства!
Мозг всей России! с трепетом пламенным,
Полон ты дивным, царственным помыслом:
                  Звоны, в веках,
                  Славы - слышнее...
Как же вгнездились в черепе каменном,
В ужасе дней, ниспосланных Промыслом,
                  Прячась во прах,
                  Лютые змеи?
Вспомни свой символ: Всадника Медного!
Тщетно Нева зажата гранитами.
                  Тщетно углы
                  Прямы и строги:
Мчись к полосе луча заповедного,
Злого дракона сбросив копытами
                  В пропасти мглы
                  С вольной дороги!
В.Брюсов

Странный город
Санкт-Петербург - гранитный город,
Взнесенный Словом над Невой,
Где небосвод давно распорот
Адмиралтейскою иглой!

Как явь, вплелись в твои туманы
Виденья двухсотлетних снов,
О, самый призрачный и странный
Из всех российских городов!

Недаром Пушкин и Растрелли,
Сверкнувши молнией в веках,
Так титанически воспели
Тебя - в граните и в стихах!

И майской ночью в белом дыме,
И в завываньи зимних пург
Ты всех прекрасней - несравнимый
Блистательный Санкт-Петербург!
Н. Агнивцев

Санкт-Петербургские триолеты.
Скажите мне, что может быть
Прекрасней Невской перспективы,
Когда огней вечерних нить
Начнет размеренно чертить
В тумане красные извивы?!
Скажите мне, что можеть быть
Прекрасней Невской перспективы?..
Скажите мне, что может быть
Прекрасный майской белой ночи,
Когда начнет Былое вить
Седых веков седую нить
И возвратить столетья хочет?!
Скажите мне, что может быть
Прекрасный майской белой ночи?..

Скажите мне, что можеть быть
Прекрасней дамы Петербургской,
Когда она захочеть свить
Любви изысканную нить,
Рукой небрежною и узкой?!
Скажите мне, что можеть быть
Прекрасней дамы Петербургской?..
Н. Агнивцев

Ленинград
Я вернулся в мой город, знакомый до слез,
До прожилок, до детских припухлых желез.
Ты вернулся сюда, так глотай же скорей
Рыбий жир ленинградских речных фонарей,

Узнавай же скорее декабрьский денек,
Где к зловещему дегтю подмешан желток.

Петербург! я еще не хочу умирать!
У тебя телефонов моих номера.

Петербург! У меня еще есть адреса,
По которым найду мертвецов голоса.

Я на лестнице черной живу, и в висок
Ударяет мне вырванный с мясом звонок,

И всю ночь напролет жду гостей дорогих,
Шевеля кандалами цепочек дверных.
О. Мандельштам, декабрь 1930

Я к тебе с певучим словом, 
Я с приветом, брат,
Тополиный, тополевый 
Друг мой Ленинград!

Золотистые от зноя,
Встали острова,
Лёгкой пеной кружевною
Плещется Нева.

Над волною гайка вьётся,
Обронив перо…
То ли скатный жемчуг льётся,
То ли серебро!...
А. Прокофьев

Напиши мне, как живёт Нева,
как ей ветер дует в рукава.
Помнишь ли смешной, со львами мостик,
где нашёл я нежные слова?
Напиши мне, как живёт Нева,
и сходи к ней непременно в гости.

Мне бы так хотелось увидать
гладь Невы в движенье величавом;
попроси Неву ты обождать
этою зимою с ледоставом.

Ну, а птицам просто прикажи,
чтобы никуда не улетали;
чары женщин — острые ножи,
им не только птицы уступали.

Ну, а чтоб им не ронять слезу,
не ворчать в метели друг на друга, —
я им много солнца привезу
с доброго и радостного юга.

И, пожалуйста, на берега,
на гранитные и на простые,
сына моего води, пока
признаёт он игры лишь пустые, —

чтобы мальчик, юношею став,
где б ни пировал и ни скитался,
от любых прелестниц и забав
на Неву, как в детство, возвращался.

Напиши мне, как живёт Нева,
как ей ветер дует в рукава.
Помнишь ли смешной, со львами мостик,
где нашёл я нежные слова?
Напиши мне, как живёт Нева,
и сходи к ней непременно в гости.
О. Шестинский, 1966

Подарите мне Питер –
Он ждёт, он готов…
На Литейном купите
Самых первых цветов. 
Подарите Фонтанку-
Вы поймите меня!
Сырость ночи недужной, 
Первой травки парчу…
Все, что, в общем, не нужно, 
Подарите, прошу.
Чахлый мартовский вечер, 
Чад угасших свечей…
Все, что - вечность, не вещи-
Не дарите вещей.
Возле Летнего сада,
Где воздух - как мед,
Так прекрасно и сладко
Что - то сердце сожмет:
Я немножко упряма
Чтоб меня вам понять,
Подарите мне право
Ваш подарок принять.
Р. Казакова

Золотой корабль
                На золотой игле - 
                кораблик золотой.
                Лет двести пятьдесят
                стоит он над водой.

                На полных парусах 
                уходит в море флот. 
                Лишь этот никуда 
                кораблик не плывет.

                Открыли острова 
                и Берингов пролив, 
                других на берега 
                выбрасывал прилив,

                другие подошли 
                и к Северной Земле, 
                и только он один - 
                ни с места - на игле.

                И столько лет стоять, 
                и видеть чей-то путь,
                и по такой реке 
                не плыть и не тонуть...

                Но это ничего. 
                Кораблик терпелив. 
                Смирился он, что жил, 
                морей не переплыв.

                А я вот за него 
                испытываю грусть, 
                корабликом таким 
                я сам себе кажусь - 
                без рейсов и морей, 
                поставленным на шпиль, 
                но позолотой всей 
                осыпавшимся в пыль...

                Бывает, что и грусть... 
                Но ты не прав, поэт, 
                кораблик-то пришел 
                к нам из Петровых лет, 
                и Новую Страну 
                открыл у невских вод, 
                и дальше - в добрый путь 
                краблик поплывет.

                По компасу звезды 
                плыви в вечерней мгле, 
                кораблик золотой 
                на золотой игле!
С. Кирсанов, 1957-1958

Закрою глаза и увижу
Тот город, в котором живу,
Какую-то дальнюю крышу
И солнце, и вид на Неву.

В каком-то печальном прозреньи
Увижу свой день роковой.
Предсмертное боли хрипенье
И блеск облаков над Невой.

О, Боже, как нужно бессмертье,
Не ради любви и услад,
А ради того, чтобы ветер
Дул в спину и гнал наугад.

Любое стерпеть униженье
Не больно, любую хулу
За лёгкое это движенье
С замахом полы за полу,

За вечно наставленный ворот,
За вечную невскую прыть,
За этот единственный город,   |
Где можно и в горе прожить...
А. Кушнер

Всё то, чего коснётся человек,
Приобретает нечто человечье.
Вот этот дом, нам прослуживший век,
Почти умеет пользоваться речью.

Мосты и переулки говорят.
Беседуют между собой балконы.
И у платформы, выстроившись в ряд,
Так много сердцу говорят вагоны.

Давно стихами говорит Нева.
Страницей Гоголя ложится Невский.
Весь Летний сад — Онегина глава.
О Блоке вспоминают Острова,
А по Разъезжей бродит Достоевский.

Сегодня старый маленький вокзал,
Откуда путь идёт к финляндским скалам
Мне молчаливо повесть рассказал
О том, кто речь держал перед вокзалом.

А там ещё живет петровский век
В углу между Фонтанкой и Невою...
Всё то, чего коснётся человек,
Озарено его душой живою.
С. Маршак

Ленинграду
Нам от тебя теперь не оторваться.
Одною небывалою борьбой,
одной неповторимою судьбой
мы все отмечены. Мы — ленинградцы.

Нам от тебя теперь не оторваться.
Куда бы нас ни повела война —
душа твоею жизнию полна,
и мы везде и всюду — ленинградцы.

Нас по морщинам узнают надменным
у бледных губ, у сдвинутых бровей.
По острым, несогнувшимся коленам,
по пальцам, почерневшим от углей.

Нас по улыбке узнают! Не частой,
но дружелюбной, ясной и простой.
По вере в жизнь. По страшной жажде счастья,
по доблестной привычке трудовой.

Мы не кичимся буднями своими.
Наш путь угрюм и ноша нелегка,
но знаем, что завоевали имя,
которое останется в веках.

Да будет наше сумрачное братство
отрадой мира лучшею навек,
чтоб даже в будущем по ленинградцам
равнялся самый смелый человек.

Да будет сердце счастьем озаряться
у каждого, кому проговорят:
— Ты любишь так, как любят ленинградцы, —
да будет мерой чести Ленинград.

Да будет он любви бездонной мерой
И силы человеческой живой,
Чтоб в миг сомнения, как символ веры,
Твердили имя горькое его.

Нам от него теперь не оторваться,
Куда бы нас не повела война -
Его величием душа полна,
И мы везде и всюду — ленинградцы.
О.Берггольц, 2 мая 1942

Ленинград мой
Где б я ни был заброшен войною,
Среди черных и дымных полей
Все мне чудится сад под луною
И на взморье гудки кораблей.

Там под вечер тихо плещет
Невская волна,
Ленинград мой, милый брат мой,
Родина моя!

Все, что ты мне, прощаясь, шептала,
Стало сердцу навеки родным,
Только белая ночь трепетала
Над Литейным мостом кружевным.

Знаю, знаю — гремит канонада
Там, где мы проходили с тобой;
Под разрывы немецких снарядов
Наша молодость вышла на бой.

Не сломили нас смерть и блокада,
И пройдет, словно песенка, вновь
По вечерним садам Ленинграда
Нерушимая наша любовь.

Там под вечер тихо плещет
Невская волна,
Ленинград мой, милый брат мой,
Родина моя!
П. Шубин,1945

Ленинграду
Не ленинградец я по рожденью.
И все же я вправе сказать вполне,
Что я - ленинградец по дымным сраженьям,
По первым окопным стихотвореньям,
По холоду, голоду, по лишеньям,
Короче: по юности, по войне!

В Синявинских топях, в боях подо Мгою,
Где снег был то в пепле, то в бурой крови,
Мы с городом жили одной судьбою,
Словно как родственники, свои.

Было нам всяко: и горько, и сложно.
Мы знали, можно, на кочках скользя,
Сгинуть в болоте, замерзнуть можно,
Свалиться под пулей, отчаяться можно,
Можно и то, и другое можно,
И лишь Ленинграда отдать нельзя!

И я его спас, навсегда, навечно:
Невка, Васильевский, Зимний дворец...
Впрочем, не я, не один, конечно.-
Его заслонил миллион сердец!

И если бы чудом вдруг разделить
На всех бойцов и на всех командиров
Дома и проулки, то, может быть,
Выйдет, что я сумел защитить
Дом. Пусть не дом, пусть одну квартиру.

Товарищ мой, друг ленинградский мой,
Как знать, но, быть может, твоя квартира
Как раз вот и есть та, спасенная мной
От смерти для самого мирного мира!

А значит, я и зимой и летом
В проулке твоем, что шумит листвой,
На улице каждой, в городе этом
Не гость, не турист, а навеки свой.

И, всякий раз сюда приезжая,
Шагнув в толкотню, в городскую зарю,
Я, сердца взволнованный стук унимая,
С горячей нежностью говорю:

- Здравствуй, по-вешнему строг и молод,
Крылья раскинувший над Невой,
Город-красавец, город-герой,
Неповторимый город!

Здравствуйте, врезанные в рассвет
Проспекты, дворцы и мосты висячие,
Здравствуй, память далеких лет,
Здравствуй, юность моя горячая!

Здравствуйте, в парках ночных соловьи
И все, с чем так радостно мне встречаться.
Здравствуйте, дорогие мои,
На всю мою жизнь дорогие мои,
Милые ленинградцы!
Э. Асадов

Налетела грусть,
Что ж, пойду пройдусь,
Мне её делить не с кем.
И зеленью аллей
В пухе тополей
Я иду землёй Невской.

Может, скажет кто:
"Климат здесь не тот".
А мне нужна твоя сырость.
Здесь я стал мудрей,
И с городом дождей
Мы мазаны одним миром.

Хочу я жить среди каналов и мостов
И выходить с тобой, Нева, из берегов.
Хочу летать я белой чайкой по утрам
И не дышать над Вашим чудом, Монферран.

Хочу хранить историю страны своей,
Хочу открыть Михайлов замок для людей.
Хочу придать домам знакомый с детства вид,
Мечтаю снять леса со Спаса на Крови.

Но, снимая фрак,
Детище Петра
Гордость не швырнёт в море.
День гудком зовёт
Кировский завод,
Он дворцам своим корень.

Хочу воспеть я город свой мастеровой,
Хочу успеть, покуда в силе и живой,
Хочу смотреть с разбитых Пулковских высот,
Как ты живёшь, врагом не сломленный народ.

Пройдут года, но не изменятся ничуть
Бойцы труда, идущие плечом к плечу
В свой Первомай Дворцовой площадью побед
От Смольных стен до дальних голубых планет.
А. Розенбаум

* * *
Альбом открыток.
Виды Ленинграда
Глубокая печать или офсет.

Кораблик
Александровского сада
неотразимо
действует на всех.

Кариатиды.
Всадники.
Квадриги.

Весёлый праздник
в парке городском.

И шпиль -
прекрасным ракурсом -
в отрыве
от праздника -
на ярко-голубом.

Альбом открыток.
Клодтовские кони.
Игрушечный кораблик - на волне.
Толпа - на Невском.
Ангел - на колонне.
Часы - на Думе.
Гений - на коне.

Альбом открыток.
Всё как на ладони.
Усталый город.
Гулкая вода.
Звенит звезда.
И на вечернем фоне
передо мной проходит череда
всегда открытых
видов Ленинграда.

Глубокая печать или офсет -
мне всё равно.
Меня прельщать не надо.
.........
Глубокая печаль. И НАСОВСЕМ.
Г. Григорьев

Хорошие стихи для детей
М. Борисова «Мы гуляем по летнему саду», «Интереснее пешком»
О. Тарутин «Что я видел в Эрмитаже»
В. Сергуненков «Летний сад и Зимняя канавка»
С. Скаченков Город мой над Невой


Почитайте книги

И очень советую книгу Н. Колотовой и А. Ремез «Стражи белых ночей»

Комментариев нет:

Отправить комментарий

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...