вторник, 13 ноября 2012 г.

Роберт Пири - покоритель Северного полюса

Путешествия и открытия! Трудно найти другой сюжет, столь же интересный для людей разных возрастов и разных профессий. Неудивительно, что литература о путешествиях и открытиях насчитывает многие сотни, даже тысячи названий. Их авторы – прежде всего сами путешественники-первооткрыватели – от Геродота и Плиния до Ливингстона, Миклухо-Маклая и Хейердала.

Среди полярных исследователей трудно найти путешественника, которого можно было бы сравнить с американцем Робертом Пири по упорству и настойчивости. Двад­цать три года он затратил на то, чтобы до­стичь Северного полюса. Не раз непреодо­лимые препятствия вынуждали его возвра­щаться. Но он предпринимал все новые и новые попытки, не теряя веры в конечную цель.

"Велика и необычайна притягательная сила Севера! Не раз я, возвращаясь из его бескрайней замерзшей пустыни потрепанный, измученный и разочарованный, иногда покалеченный, говорил себе, что это – мое последнее путешествие туда; я жаждал людского общества, комфорта цивилизации, безмятежности и покоя домашнего очага. Но случалось так, что не проходило и года, как мною вновь овладевало хорошо знакомое мне ощущение беспокойства. Я начинал тосковать по великой белой пустыне, по схваткам со льдами и штормами, по долгой-долгой полярной ночи и долгому полярному дню, по необычным, но верным мне эскимосам, которые много лет были моими друзьями, по молчанию и необъятным просторам великого, белоснежного, одинокого Севера. И я опять раз за разом устремлялся туда, пока наконец не сбылась моя многолетняя мечта".

Летом 1908 года, отправляясь в очеред­ную экспедицию в Арктику на корабле «Рузвельт» Пири заявил, что это будет его последнее путешествие. Прибыв в Арктику, Пири остановился на зимовку на севе­ре Гренландии и ранней весной 1909 года вышел в поход к Северному полюсу.
Экспедиция состояла из нескольких от­рядов, которые передвигались с помощью ездовых собак. Участники строили снеж­ные домики и оставляли на льду склады продовольствия. Последняя партия, которая и вышла к полюсу, была невелика, она состояла всего из 5 человек. Любопытно, что, кроме самого Пири, среди них не было ни одного европейца. Вместе с Пири вышли 4 эскимоса и его постоянный спутник негр Хенсон.
"Мы едва ли добились бы успеха без помощи наших верных эскимосов и, более того, без знания их работоспособности и выносливости, без их доверия ко мне, которому их научило наше многолетнее знакомство. Меня часто спрашивают: «Какую пользу приносят эскимосы миру? Они слишком удалены, чтобы представлять ценность для коммерческого предпринимательства, у них совсем нет честолюбия. Они не имеют ни литературы, ни искусства. Их отношение к жизни определяется инстинктом, как у лисицы или медведя». Но не надо забывать, что эти выносливые и заслуживающие доверия люди еще могут доказать, какую ценность для человечества они представляют. С их помощью мир откроет полюс".

Путешественники быстро передвигались по льду, иногда усаживаясь на нарты, ко­торые везли ездовые собаки. 6 апреля 1909 года эта группа вышла в район Северного полюса. На полюсе Пири пробыл 30 часов, возвращался он по своему старому следу, который еще не успел уничтожить ветер и подвижки льда. Весь путь до полюса и об­ратно занял 53 дня. За это время полярни­ки прошли более полутора тысяч километ­ров.
Очень подробно описывает Роберт Пири повседневную жизнь на корабле, обязанности членов экипажа, особенности быта эскимосов, трудности, которые подстерегали команду на пути к заветной мечте.

"Следующий день, 30 августа, надо полагать, неизгладимо останется в памяти всех членов экспедиции. «Рузвельт» швыряло льдинами так, словно он был футбольным мячом. Игра началась около 4 часов утра. Я прилег у себя в каюте, пытаясь уснуть, – одежду я не снимал вот уже целую неделю. Мой отдых был прерван толчком такой силы, что я даже не успел подумать: «Что-то случилось», как уже лежал на палубе, накрененной на правый борт градусов на 12–15. Я подбежал, вернее сказать вскарабкался, к левому борту и увидел, что произошло. Большое ледяное поле, стремительно дрейфовавшее по течению, словно игрушку, подхватило сидевший на мели 1000-тонный айсберг, к которому мы были пришвартованы, и бросило его на «Рузвельт». Айсберг прошелся вскользь по левому борту, пробил большую дыру в каюте Марвина и налетел на другой айсберг, находившийся как раз за кормой, так что «Рузвельт», словно подмасленный, выскочил из зазора между ними".
Прекрасно отзывается исследователь об эскимосских собаках:
"Прежде чем возобновить свой рассказ о том, как мы поплыли дальше, я хочу сказать несколько слов об эскимосских собаках – этих замечательных созданиях, без которых наша экспедиция не могла бы увенчаться успехом. Это крепкие великолепные животные. Есть собаки крупнее, есть собаки красивее, но я не верю в них. Возможно, и собаки других пород могут работать так же хорошо и совершать такие же быстрые и длинные переходы, когда они досыта накормлены, но нет другой такой собаки на свете, которая могла бы работать столь же долго при низких температурах, практически на голодном пайке.  По мнению некоторых ученых, они прямые потомки полярного волка, однако, как правило, они так же привязчивы и послушны хозяину, как наши домашние собаки. Питаются они исключительно мясом. На основании опыта я убедился, что они не выносят никакой другой пищи. Вместо воды они едят снег".
Одним из средств пропитания были моржи, охота на которых была очень опасным делом:

"Моржи относятся к наиболее живописным и сильным животным Крайнего Севера. Более того, охота на моржей – занятие отнюдь не безопасное – составляет важную черту всякой серьезной арктической экспедиции, ибо дает максимум мяса для собак за минимально короткий срок. Вот почему во все мои экспедиции мы охотились на этих гигантов, весящих от 1200 до 3000 фунтов. Охота на этих чудовищ – наиболее волнующий и опасный вид охоты в Арктике. Белого медведя называют тигром Севера; однако из поединка с двумя или даже тремя этими животными человек, вооруженный магазинной винтовкой Винчестера, всегда выходит победителем. И наоборот, поединок со стадом моржей – львов Севера, когда люди сидят в маленьком вельботе, представляет собой самое захватывающее зрелище из всех известных мне за полярным кругом". 
Почему же Роберт Пири выбрал именно Северный полюс, откуда это настойчивое желание его покорить?
"Меня часто спрашивали, когда у меня впервые зародилась мысль достичь Северного полюса. На этот вопрос трудно ответить. Я не могу назвать такой-то день или месяц и сказать: «Вот тогда эта мысль впервые пришла мне в голову». Мечта о достижении Северного полюса выкристаллизовывалась исподволь и постепенно в ходе моей более ранней работы, которая не имеет к ней отношения. Я начал интересоваться Арктикой с 1885 года – тогда я был молодым человеком, и мое воображение поразили отчеты Норденшельда об исследованиях во внутренних районах Гренландии. Я так увлекся этими работами, что летом следующего года совершенно один предпринял путешествие по Гренландии. Быть может, где-то в тайниках сознания у меня уже тогда родилась надежда, что когда-нибудь я смогу достичь самого полюса.
Несомненно, именно тогда я поддался соблазну Севера или так называемой «арктической лихорадке», и мною овладело какое-то чувство фатальности, ощущение того, что смысл и цель моего существования – разгадать тайну замерзших твердынь Арктики". 

4 комментария:

  1. Всегда завидую таким людям,какое надо иметь упорство и терпение,чтобы все это преодолеть.Спасибо за интересную статью.

    ОтветитьУдалить
    Ответы
    1. Да, это уж точно. А сколько мужества требуется, чтобы решиться на такой отважный шаг - пойти в далекую, неизведанную землю, покрытую снегом и льдом!

      Удалить
  2. Две ошибки: негра - спутника Пири, звали Мэтью ХЕНСОН, а не "Хедсон". Умер не эскимос, а американский исследователь Росс Марвин, который довёл эскимосов до того, что они его убили и бросили тело под лёд.

    ОтветитьУдалить

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...